Дизайнер образов Анна Шарлай

О личности, индивидуальном стиле и о проекте Style Statement.


Анна Шарлай училась в Central Saint Martins College of Art and Design и в Институте Практической Психологии при Высшей школе экономики, и в своей работе использует профессиональные знания как дизайнера одежды, так и психолога. 

НП: Что такое стиль для вас? Из чего он складывается? Он складывается стихийно или чаще это результат сознательных усилий?

АШ: В психологии есть понятие «индивидуальность», а есть понятие «личность». Многие психологи слово «личность» не очень любят, потому что оно – производное от слова «личина», маска. Некая кожа, одежда, поверх чего-то подлинного. Стиль – это та самая личина. Если человек не является личностью, а только индивидуальностью, то это полностью аутентичное, но антисоциальное существо. То есть он может быть по-своему интересен, как, например, Маугли, необычен, привлекателен, но он ничего с этим сделать не может, потому что он не встроен ни в какой социальный контекст. Стиль – это такая одежда, или личина, которая позволяет своей индивидуальностью работать, как инструментом.

В России и Западной Европе многие столетия ведутся философские споры на эту тему: что важнее – внутреннее содержание или внешняя форма.  Многие стиль ассоциируют исключительно с внешними атрибутами, и говорят, например, так: для меня это неважно, я развиваю свою личность, а внешнее – само по себе, оно не имеет значения.

А на Востоке вообще не разделяют внешнее и внутреннее. Я долго работала с Индией и Китаем, будучи дизайнером одежды; я познакомилась с их культурой, и первое время для меня это было шокирующим. В том, что касается человека, они удивляются и не понимают, как мы, западные люди, разделяем внешние процессы и внутренние, они не понимают, как это может быть. Как если мы говорим о сердце: оно не будет жить, если оно вынуто из тела.

НП: У меня возник вопрос про Маугли. Ещё примеры, когда есть индивидуальность, а личности нет? Маугли мы всё-таки каждый день не видим. Толпа в метро – в ней каждый со стилем? Или стиль – это что-то, что выделяет человека? Или стиль имеет каждый вне зависимости от того, хочет он этого или нет?

АШ: В моём понимании, стиль имеет не каждый. Важно, чтобы он был осознанным.  Стиль в контексте нашей жизни – это как диплом и профессиональные навыки в контексте выполняемой работы. Ещё важно, чтобы они появлялись осознанно. Другое дело, что тебе их кто-то дал; так же и стиль, глубинный, самобытный стиль может попутно – не стихийно, а именно попутно – заимствовать из разных источников.

Ганди никогда, я думаю, не занимался работой со стилистом, но в его случае стиль сложился в результате его деятельности, познания себя. Важно ведь в том числе  умение отказываться. В результате кристаллизуется отточенная, осознанная структура. Стиль – это граница.

Буквально вчера у меня был мастер-класс, и мне там задали вопрос, почему так происходит: женщина после рождения ребёнка впадает в какую-то фазу фрустрации относительно своего стиля, внешнего вида, и начинает объективно намного хуже выглядеть, чем до.

Связано это с тем, что чисто физиологически процесс родов – это процесс потери границ. Потому что у тебя были всю жизнь осознанные границы своего тела, и тут ты как бы раздвоилась, появился другой человек. Сам процесс рождения – прорывание, это как птенец из яйца вылупляется. Получается, нужно заново пересобрать себя и переоценить многие вещи уже в новом контексте. Теряя границы физиологические, женщина теряет границы и своей индивидуальности, своей личности. И так как у неё нет никаких инструментов, как это пересобрать заново, восстановление либо никогда не происходит, либо сложно, долго, через болезненные переживания – например, кто-то что-то сказал, или не приняли на работу, – и тогда она решает, что надо с этим что-то делать.

НП: Насколько может быть подвижен индивидуальный стиль, при условии, что он есть? Я имею в виду чисто внешние вариации. Можно встретить людей, у которых очень чёткий стиль – например, Дита фон Тиз, хотя она тоже разная. Но в каком-то спортивном контексте, например, я вообще её не вижу. А есть люди, у которых варианты можно легко представить, но возникают вопросы со стилем. Стиль в вашем понимании – насколько может быть подвижен, и насколько это его размывает или не размывает?

АШ: Относительно той же Диты фон Тиз, той, что мы видим – это вообще не стиль. Это человек отлил себя при жизни в бронзовую статую, красивую, очень узнаваемую. То же самое – Карл Лагерфельд. Человек себя искусственно, своими руками превратил в персонажа комикса: узнаваемого, чёткого, потому что он стал уже товаром. Даже у бренда есть более широкое поле для деятельности. Стиль может быть только там, где есть изменения. Потому что там, где нет изменений, там нет жизни. Где неизменное и застрявшее – это уже мертвый объект. Мёртвый, он может прекрасно продаваться, он может прекрасно управляться, и продаваться именно потому, что он управляемый.

Это целое большое искусство – уметь, оставаясь собой, меняться в очень разных контекстах. В этом плане стиль удобно ассоциировать с манерой речи. У меня, например, есть определённая манера говорить. Я могу рассуждать про моду, а через какое-то время буду разговаривать с мамой про то, как провести Новый год, как украсить ёлку. Так или иначе, у меня голос не изменится, я так же буду жестикулировать, останется та же мимика. Стиль – как раз вот в этом.

"На самом деле может быть очень много ловушек для тех, кто считает, что стиль – это дорого. Вот они накапливают определённую сумму, идут в магазины Диор, Шанель и так далее; но как раз в этих магазинах уже стиля как такового не существует, потому что там всё рафинированное, как высокоочищенный сахар".   

НП: Кто для вас пример яркого индивидуального стиля? Кто контр-пример?
АШ: Например, из тех, у кого есть стиль – тот же самый Ганди. Или Эсте Лаудер. Или Сиенна Миллер. Это люди, которые не привязаны непосредственно к миру моды и не зафиксированы только в этой деятельности. Анджелина Джоли – я могу сказать, что у неё есть стиль, потому что мы её видим и на красной ковровой дорожке, и с детьми в Африке, и на прогулке в городе с детьми – в разных контекстах, но она везде узнаваема. Это тот самый отточенный образ; мы можем представить, что будет потом, но уже сейчас понимаем, какой это человек.
А, например, Оливия Палермо, которая действительно прекрасно одевается – именно хорошо одевается, стиля я там не вижу, потому что нет личности. Просто красивая девушка с хорошим вкусом. Я периодически некоторые её фотографии сохраняю для клиентов, как удачные примеры. Но это не стиль, потому что у неё он очень узко специализирован и за ним ничего нет, кроме внешней красоты.

НП: Что со стилем в Москве? Понятие «московский стиль» - есть ли оно сейчас? Какие мы в плане стиля, если сравнить нас с Европой, с Америкой, с остальной Россией?

АШ: Мне кажется, анализируя мой опыт с московской аудиторией, у нас очень сильная связка "стиль = упаковка". Не так давно я проводила лекцию в одной из школ для стилистов. Лекция была открытая, на неё могли прийти все интересующиеся. Я рассказывала о том, что современные дресс-коды – совсем не такие, как были раньше, что дресс-код а-ля «костюм для успеха» - всё это уже не работает, работают другие вещи. И в конце в аудитории оказалось две или три женщины, лет по 40-50, и они очнулись уже в конце: «Вы нам так и не рассказали про дресс-код!» Я же как раз и говорила, что дресс-кода как конкретного ответа, «носите вот это» – его нет, и уже не будет, всё, до свидания. «Подождите, но стиль – это же упаковка!» «А вы что – товар?» «Да!» То есть они себя воспринимают товаром! Как мне себя подороже продать? Как мне себя так одеть, чтобы выдать за какой-то более дорогой продукт, чтобы меня купили?

НП: Я редко встречаю, что в этом открыто признаются, но очень часто встречаю такое отношение.

АШ: Прозвучало не так, там был ещё ряд вопросов, но в итоге мы пришли к тому, что они – товар. Понятие «человек-бренд» на самом деле имеет такие же корни. Человек брендом быть не может, потому что бренд – это что-то окаменелое. В Москве я вижу крен в сторону самобрендинга, то есть как бы мне себя подороже продать.

В оставшейся России в целом есть такое ощущение, что стиль – это такая причуда, когда уже всё есть. И на самом деле это правильно, потому что если посмотреть на пирамиду Маслоу, это абсолютно не базовая потребность. Это уже после статуса, это жить полной жизнью, когда у тебя уже есть и вот это, и вот это. Стиль – это как клей, который объединяет твои субличности: твою профессиональную деятельность, твои увлечения, твои предпочтения в еде – и стилем ты это всё завязываешь вместе, и ощущаешь, что можешь вздохнуть полной грудью, можешь не разделяться: на работе я такой, дома я такой, закрутить эту мельницу. Это, возвращаясь к восточным культурам, танец Шивы, когда у тебя изнутри исходят счастье, удовольствие, радость, и ты уже не думаешь о переключении, а просто всё это кружится уже само собой.

От Запада мы отстали буквально на один-два шага. И в стиле мы видим то же самое. Сейчас, когда мир начинает информационно крутиться быстрее, нас разделяет с Европой и с Америкой буквально десять лет, но так или иначе – эта разница есть, и то, что они в своё время прошли, и пошли чуть дальше – мы только к этому подходим. Тут нет чего-то фатального, ошибки в ДНК, это ошибка времени. У нас ещё люди многие верят, что пока я буду общественно приемлемо выглядеть, у меня будут какие-то бонусы, и уже видят, что как-то это не работает, и начинают задумываться и в сторону стиля в том числе.

У нас до сих пор люди готовы потратиться на услуги имиджмейкера, если у них есть какая-то гарантия, что им это дальше принесёт какие-то деньги, а заниматься этим как искусством, как творчеством, самореализацией – непонятно, не принято.

НП: Кстати, как-то связан ли стиль и материальный достаток? Существует мнение, что можно выглядеть стильно, не тратя ни копейки. У меня это вызывает сомнения, потому что даже если мы возьмем обувь – если она выглядит прилично, то не бывает дешёвой. Как это связано?

АШ: Тут такой момент. Стиль действительно может быть очень недорогим. Можно тратить копейки, особенно если ты сам можешь что-то сделать: украшения, одежду или ещё что-то, это действительно очень недорого. Когда мы говорим о человеке, которому пора заниматься стилем, это обычно человек, у которого деньги есть. Это закон космических сил; деньги – это всё-таки энергия, которая к тебе приходит; когда ты живёшь социально правильной жизнью, приносишь пользу обществу, деньги у тебя есть. Другое дело, по-другому могут быть расставлены приоритеты: ты можешь, например, тратить деньги на своё хобби. Ты можешь купить яхту, но купить шорты за пять долларов, и эти шорты могут быть прекрасными и стильными. Понимание того, какие тебе нужны шорты, мало зависит от того, стоят они три доллара или триста.

На самом деле может быть очень много ловушек для тех, кто считает, что стиль – это дорого. Вот они накапливают определённую сумму, идут в магазины Диор, Шанель и так далее; но как раз в этих магазинах уже стиля как такового не существует, потому что там всё рафинированное, как высокоочищенный сахар. Он не полезен для организма, но он дороже. Точно так же как витамины, сами таблетки, дороже, чем фрукты. То же самое: вроде бы они как бы лучше, и концентрированнее, но пользы от них меньше.

При этом, чем меньше у тебя бюджет, тем больше тебе нужно стиля – внутреннего ощущения. Что касается обуви, тоже интересный момент.

В Style Statement есть два слова, описывающие стилевую направленность человека. Первое слово – это база его стиля, то, что составляет 80% этого человека. Слов этих не очень много, они из коллективных архетипов. А вторая часть, 20%, это творческая составляющая, которая может очень парадоксально сочетаться с первой. Среди базовых слов есть «подлинность». Если для человека важно, чтобы у него было подлинное, исконное, долговечное, то он будет покупать обувь действительно дорогую. У него в стиле будут вещи, которые сами по себе очень дорогие; для него будет важен натуральный материал, чтобы вещь была сделана мастером. Его не устроит копия, даже из той же самой кожи. Его интересует сделанная мастером, изначальная вещь, нагруженная какими-то смыслами, историческими и так далее. И такой человек очень не любит менять свой ассортимент, в том числе и обуви. Поэтому он скорее всего купит очень дорогую брендовую обувь, и будет носить её долго. Это будет соответствовать его пониманию того, как устроен мир и что ему нравится.

А человеку, у которого базовое слово – «игра», это будет скорее анти-рекомендацией. Он на следующий сезон откроет шкаф, наденет эту обувь, потому что жалко выбросить сапоги за 30-40 тысяч, но ему будет тошно в ней ходить, потому что хочется поиграть уже во что-то новое. Поэтому я очень скептически отношусь к спискам вещей-инвестиций.

"Стиль – это как клей, который объединяет твои субличности: твою профессиональную деятельность, твои увлечения, твои предпочтения в еде – и стилем ты это всё завязываешь вместе, и ощущаешь, что можешь вздохнуть полной грудью"

НП: Если человек решил менять свою жизнь, стоит ли ему начинать со стиля, к примеру, идти к вам на семинар? С такого стиля, который он понимает как внешнее проявление? Или ему начать с чего-то ещё?

АШ: Это распространённая история, когда ко мне обращаются люди на переходном этапе, и мне кажется, что это очень правильно. Когда ты хочешь из одной профессиональной сферы перейти в другую, в какой-то другой контекст, тебе нужно на что-то опереться, нужна какая-то точка, от которой оттолкнуться, как от дна моря, и подняться вверх, и стиль может быть этой точкой. Но стиль – это дно, а сила движения – в самом человеке, которые он сам для себя придумал. У того молодого человека была ошибка именно в последовательности: он хотел сначала позаниматься стилем, и надежды возлагал, что это как волна его вынесет без каких-то усилий с его стороны.

НП: Расскажите поподробнее о вашем курсе. Что он даст слушателю? Что – профессионалу? Нужен ли просто любопытствующим, что получат они?

АШ: Это курс по применению методики Style Statement.

Style Statement состоит их двух слов. Обычно первое слово – это база, нечто, основанное на всем понятных вещах. Например, «простота». Или «элегантность». Или «красота». Это то, что соответствует глубинным ценностям человека, тому, во что он верит безусловно. Это корни, которые соединяют суть его личности и тот контекст, в котором он живёт. Вторая часть – парадоксальная, творческая, уникальная составляющая.

Курс  помогает человеку раздвинуть свои границы понимания многообразия мира и людей в нём, помогает каждому стилисту стать немного психологом, чтобы дать клиенту ощущение, что его услышали, что он получит взгляд со стороны – второй взгляд на самого себя, сконцентрированный и очень точный.

Методика лингвистическая, нет никаких субъективных оценок. Суть в том, чтобы задавая вопросы человеку о разных сферах жизни, внимательно его слушая – что для него важно, на что у него включается лампочка, о чём ему интересно говорить, – после этого находить паттерны. Мы спросили у вас, какой у вас любимый цветок, что бы вы надели на вручение премии «Оскар», или – если бы вы были учёным, то что бы вы изучали и в какой сфере, как вам нравится отмечать праздники. Например, человек говорит: мне не нравятся яркие цветы, я больше люблю полевые, незабудки и так далее, и что ему больше нравятся домашние праздники в семейном кругу. Конечно, такому человеку мы никогда не порекомендуем какие-то стразы или что-то золотое, роскошное.

Или, наоборот, человек говорит: я люблю фейерверки, мне нравится, когда люди шумят, когда звенят бокалы, когда всем весело, но внутри у него есть сомнения: ой-ой-ой, это дурной вкус. И женщина ходит, очень скромно одетая, а её ресурса в этом нет: она любит яркое, любит леопард, любит золото. Она этого не осознаёт, она от этого отказывается, потому что считает это дурным вкусом. Наша задача будет – это уже другой курс, не входящий в Style Statement – научить этого клиента красиво носить роскошное.

НП: Вы примете на курс просто любопытствующих?

АШ: Для любопытствующих будет полезна именно творческая раскачка. Подход к ассоциативному мышлению, к креативным техникам, методикам – это мы будем тщательно изучать. Второй момент – понимание, как психология переводится на язык внешнего вида. И третье – просто научиться слушать и слышать человека, давать обратную связь. Будет много профессиональных вопросов; например, ты говоришь человеку какой-то Style Statement, а он говорит: «Это вообще не про меня» – как выяснить, в чём тут дело.

НП: Кстати, таких примеров много? Я хотела задать этот вопрос. Бывают ли ошибки диагноза?

АШ: У меня в начале были. Связаны были как раз с неумением слушать и слышать, попыткой быстро произвести какое-то впечатление на человека, не выложив эту мозаику целиком.

Вся методика Style Statement в том, чтобы по-настоящему полюбопытствовать о другом человеке, проявить к нему искренний, очень глубокий интерес, понять его желания. А второе – творчески это переработать в два слова и вернуть ему обратно. Очень важно это правильно донести. У просто любопытствующих будет этот опыт. Но всё-таки курс рассчитан на практическое использование.

Фото из архива Анны Шарлай и с официального сайта.



комментарии (

0

)

* Комментировать могут только зарегистрированные пользователи